УВЗ и ТМК прорываются в Азербайджан (Интервью министра А.Соболева и президента УТПП А.Беседина журналу "Деловой квартал". 21.03.2014)

УВЗ и ТМК готовы построить в Азербайджане 2 завода. Глава свердловского ММиВЭС Андрей Соболев и президент УТПП Андрей Беседин — о перспективах проектов и угрозах «крымских» санкций для компаний Урала.
УВЗ планирует тиражировать в Азербайджане свой прибалтийский проект. В случае с ТМК речь о финишном производстве труб. Андрей Соболев и Андрей Беседин признались, что сами не ожидали такой конкретики от недавней бизнес-миссии в Азербайджан.
Соглашение о сотрудничестве в торгово-экономической, научно-технической и гуманитарной сферах Свердловская область и Азербайджан подписали в 2006 г., говорит министр международных и внешнеэкономических связей региона Андрей Соболев. Но бизнес-партнерство до сих пор ограничивалось внешней торговлей. Так, по данным УТПП, в 2013 г. объем экспорта продукции уральских предприятий в Азербайджан составил $277 млн — это 10 место по показателям товарооборота. Объем импорта за тот же срок составил всего $1 млн. «Сейчас азербайджанская сторона озадачена, как изменить структуру, чтобы все-таки не в 270 раз был перевес», — прокомментировал глава УТПП Андрей Беседин в пресс-центре «Интерфакс-Урал».
Подводя итоги недавнего визита уральской делегации в республику, и г-н Соболев, и г-н Беседин заявили: эта бизнес-миссия способна изменить все. Не только объемы и структуру торгового оборота, уточняет министр, — речь о более высоком уровне отношений. «Уральские промышленники предложили правильную тактику работы на местном рынке. И с прямыми инвестициями, и с трансфером технологий, и с локализацией производства, с созданием фактически новой для Азербайджана промышленной отрасли», — рассказал Андрей Соболев. Прорыв случился, когда делегацию во главе со свердловским губернатором Евгением Куйвашевым принял президент Азербайджана Ильхам Алиев. После этого состоялись «крайне плодо¬творные рабочие встречи и переговоры».

Андрей Соболев: Речь шла о прямых инвестициях в экономику Азербайджана, о возможных СП с УВЗ, с «Синарой», с ТМК. Сейчас мы готовим план совместных с правительством Азербайджанской Республики мероприятий. В нем будут отражены и эти СП, и проекты по линии малого и среднего бизнеса. Все проекты поддержал Ильхам Алиев на встрече с нашим губернатором, руководством ТМК и УВЗ.
Речь о рамочных договоренностях или о конкретике?
А.С.: Невозможно подписывать конкретные соглашения сразу после такой встречи. Президент дал добро продолжать сотрудничество на основе детального обсуждения. Мы определимся с партнерами с азербайджанской стороны, с площадками для локализации нашего производства. Обычно это достаточно долгий процесс, но президент поставил крайне сжатые сроки. И мы заинтересованы в быстром воплощении планов. Например, по транспортному сотрудничеству: идет реформирование Азербайджанской железной дороги. Уже в 2014 г. мы должны решить вопросы, связанные с поставкой подвижного и тягового состава, электровозов. Бакинский метрополитен оценивает в $2 млрд программу по поставке 800 поездов — и это только потребности действующих станций.
Говорилось, что за 15 лет число станций метро Баку должно вырасти с 23 до 76.
Андрей Беседин: Да, и в планах — более чем трехкратное увеличение подвижного состава. Там рынок безграничен. Для нас дай бог справиться с их потребностями.
А.С.: Ясно, что наша продукция и цены должны быть конкурентоспособными. Мы работаем на открытом рынке, без административного ресурса. Продукция предприятий, которые готовятся выйти на азербайджанский рынок, отвечает мировым стандартам, а по некоторым позициям превосходит иностранные аналоги, по соотношению «цена-качество».
А.Б.: К вопросу о том, насколько реальны договоренности. Лично я за последние 2,5 года не вижу ничего подобного переговорам, какие были в Азербайджане. После встречи с президентом мы были свидетелями обсуждения конкретного проекта, предложенного гендиректором УВЗ Олегом Сиенко. Речь о заводе по строительству подвижного состава для гражданского транспортного машиностроения: аналогичный завод УВЗ стоит под Ригой, в Елгаве, он будет запущен в ноябре. Просто великолепно, когда корпорация вроде УВЗ имеет такой модульный проект, который может тиражировать! Так вот, при нас уже обсуждались детали. Представители Азербайджана задавали совершенно конкретные вопросы: сможет ли УВЗ за определенную сумму построить все в течение заявленных 12 месяцев с момента принятия решения? Вопрос так и стоял. Можно ли эту цену зафиксировать? Будет ли она такой же, как в Латвии? То есть, можно сказать, не рекламный был диалог.
А.С.: Речь шла не просто о поставках вагонов, а именно о производстве наукоемкой продукции.
А.Б.: И так не только с УВЗ. Мы видели, передвигаясь с площадки на площадку, как буквально все тут же обрастало конкретикой. Это контрастирует с тем, что обычно происходит, когда запускаются долгоиграющие процессы: создания рабочих групп, длительного обсуждения… В Азербайджане же, если честно, я был поражен взятыми темпами. Еще начиная с президентского дворца, когда президент Алиев давал поручения разобраться и на следующих встречах обсуждать уже детали. Эта встреча стала для нашей миссии универсальным ключом, открывающим двери, она задала тон всему визиту.
Насколько твердые договоренности достигнуты по уральским заводам в Азербайджане?
А.Б.: Постучим по дереву, но в целом, я считаю, по одному заводу в ходе этого визита договорились. Второй проект, от ТМК, тоже заинтересовал азербайджанскую сторону — правда, там проект сложнее, потому что он не имеет аналогов: финишное производство труб. Зависимость Азербайджана от поставки труб крайне велика. И им никто пока не предлагал именно создать производство. Это рабочие места, уход от импортозависимости. Мы видели, как они ухватились за идею. Опять же, предложение Олега Сиенко было сформулировано очень четко и, было такое ощущение, тоже попало в цель. Поэтому я думаю, эта <реализация обоих проектов> — вопрос ближайшего времени.
А.С.: Во всяком случае, мы договорились, что уже на этой неделе рабочие группы по линии Группы Синара, ТМК и УВЗ будут работать в Азербайджане. Речь уже идет о согласовании тонкостей, выборе площадок, производственной линейки. Это уже реалии. Но думаю, интересно услышать примеры по линии малого и среднего бизнеса, поскольку губернатор при формировании идеологии визита ставил задачу привлечь внимание не только к крупному бизнесу.
Какие компании, кроме крупнейших, представляли Урал?
А.Б.: В переговорном процессе с нашей стороны участвовало более 30 предприятий. Состоявшиеся — те, что уже неоднократно пробовали себя как экспортеры, но по сравнению с ТМК и УВЗ — это другая весовая категория. Но как они все общались! Я вел биржу контактов: к нашим бизнесменам по заранее согласованной схеме подсаживались азербайджанские коллеги. С той стороны было 89 заинтересованных компаний. И из наших участников обиженным не уехал никто! От нас участвовали, например, предприятия лесопромышленного комплекса — Новолялинский ЦБК и ряд их конкурентов. Так прямо там, на месте, было продано продукции в 3,5 раза больше, чем они сегодня заготавливают! Эффективно поработали представители электротехнического машиностроения. И это очень здорово: самостоятельно пробиваться в Азербайджан им сложно. Но на заданном уровне удалось достичь договоренностей, которые до этого просто не двигались. Барьеры были непреодолимые.
Например?
А.Б.: Каменск-уральский завод «Уралэлектромаш». Это крупнейший поставщик электротехнической продукции и для РЖД, а в части оборонной продукции — для ВМФ. Для этого завода Азербайджан — замечательный рынок. Прикаспийское государство, потребности военного и гражданского флота велики, но их можно было всерьез обсуждать только на таком уровне. На заводе, к слову, эту поездку сочли гораздо более продуктивной, чем коллекцию достаточно затратного участия в специализированных выставках.
Я пытался проследить за переговорным процессом: все-таки сложно, миграция бизнесменов с обеих сторон, — но там конкретика была полная. Танцев с бубнами не было. Нам сразу говорили: можно не рассказывать замечательную историю предприятия, давайте к делу: что предлагаете, где, цена, условия расчетов, гарантия поставки и так далее.
А.С.: Представители Азербайджана прагматично оценивают предложения, которые выносятся на их суд. Так действует и сам Ильхам Алиев: на нашей встрече он продемонстрировал уникальное понимание происходящего в экономике страны, вплоть до конкретных позиций по товарам, интересующим Азербайджан. И более того, он был в курсе, что поставляет УВЗ в этом году, что поставляет ТМК, сказал, что посещал ее стенд на одной из выставок.
Свердловская область подписывала соглашения о сотрудничестве с разными странами. Почему выстрелил именно Азербайджан и именно сейчас?
А.С.: Рынок стран СНГ всегда был для нас приоритетным. В прошлом году повестку во многом посвятили Республике Казахстан. Много внимание уделяем Беларуси. На ИННОПРОМе, например, вы увидите, что Республика Беларусь, наряду с Азербайджаном, будет представлена достаточно крупной делегацией. Но я бы не сказал, что год проходит у нас под флагом сотрудничества с какой-то одной страной. Мы продолжаем действовать по всем направлениям. И по привлечению инвестиций, и по продвижению экспорта. Будем стараться работать с наиболее интересными странами, сотрудничество с которыми лежит в русле внешнеэкономических интересов России.
Означает ли внимание к странам на постсоветском пространстве, что уральские компании вынуждены искать новые рынки?
А.Б.: Если честно, да. Конечно.
Тогда вопрос министру, каковы перспективы сотрудничества региона с США? Недавно вы анонсировали скорый визит американской делегации в Екатеринбург. Но это было до того, как Европа и США стали грозить России санкциями за действия в Крыму. Крымская история что-то изменила?
А.С.: Преимущество межрегиональных связей — в том, что и мы, и регионы в США заинтересованы в укреплении сотрудничества, в проникновении на рынки друг друга, во взаимной экономической интеграции, если угодно. Да, мы находимся в фарватере политических курсов наших стран. Но пока мы не наблюдаем никаких признаков охлаждения, именно по торгово-экономическим контактам.
А что вы расцениваете как сигнал об охлаждении? Помимо прямых указаний по дипломатической линии.
А.С.: Мы будем исходить из рыночных санкций, которые могут быть введены в отношении наших хозяйствующих субъектов либо сфер, направлений бизнеса. Сейчас мы такой информацией не владеем. Более того, все договоренности, достигнутые на недавних переговорах в США, подтверждаются. Это видеомост с американскими коллегами, с потенциальными инвесторами, это ключевые проекты, инициированные генконсульством США в Екатеринбурге, это визит бизнес-миссии — его мы ожидаем в июне. Мы видим взаимный интерес американских и уральских компаний. Стараемся держать руку на пульсе, конечно, и реагировать на сигналы сверху. Но пока значительных угроз достигнутым договоренностям не видим.
А.Б.: Вот у меня перед глазами структура нашего товарооборота. С Германией, с США. И по этой структуре видно, что Евросоюзу лучше бы о санкциях не упоминать. Они от них больше пострадают. Например, Германия поставляет на Урал в два раза больше, чем забирает отсюда. Ну, выстроят они занавес — разорвем отношения, они потеряют рынок…
А.С.: У нас выбор есть.
А.Б.: Да, а они в случае чего теряют рынок сбыта. Это же касается и США, учитывая, что в основе отношений есть стратегические направления — те же титановые поставки. В целом, мы пока отделяем политическую риторику от возможных экономических шагов. Это две вещи, мало связанные.
Самый понятный пример — Германия. Сегодня уральские предприятия сидят на игле, которая называется Siemens. В свое время эта компания очень ярко зашла, провела великолепное маркетинговое наступление, и предприятия привыкли к Siemens, к ее элементной базе. Между тем только в нашей области я знаю четыре компании, которые в отдельных сегментах делают продукцию, не уступающую по качеству и существенно дешевле. Но выдавить Siemens отсюда им уже невозможно. А вот если Германия примет решение прекратить поставки, место будет тут же занято. Возникает вопрос: может быть, санкции — это то, чего мы ждали, может, нам это нужно, чтобы пересмотреть свои возможности?

Кроме товарообмена, есть сотрудничество более высокого порядка — те же СП. Если вернуться к Азербайджану и строительству заводов там, уже понятно, в каких долях возможно партнерство? Основные параметры?
А.С.: Если мы разместим финишное производство труб, то порядка 70% добавленной стоимости будет производиться на территории Азербайджана. Но именно такой формат сотрудничества — требование завтрашнего дня. Все верно, параметры внешней торговли репрезентативны, но это не ключевое: надо переходить к проектам более высокого качества, к созданию СП. Иначе кто-то другой придет и реализует инвестпроект с трансфером технологий и локализацией производства.
А.Б.: Наши компании предлагали <софинансирование> в любых долях. Но с условием, что контрольный пакет должен остаться все-таки за инициатором, за российской стороной. Понятно, что можно даже целиком все построить, но участие государства <в таких проектах> должно быть.

Автор: Татьяна Апрельская